ГОСУДАРСТВЕННЫЕ КРЕСТЬЯНЕ

Государственные крестьяне в Ярославской губернии появились согласно указу 1724 о введении подушной подати. В губернии существовало шесть основных источников их пополнения: вольные люди из других сословий; вольноотпущенные от помещиков и свободные хлебопашцы; крестьяне выморочных имений; переведенные в казну за долги; перешедшие из одной подгруппы сословия в другую; крестьяне помещичьих имений, которые были заложены, но не проданы с публичного торга.

За период сер. XVIII — 1-й половины XIX вв. прирост государственных крестьян в губернии был значительным и составлял 54,2%. Если в 1762 в губернии проживало 3344 государственных крестьян, то к 1858 их численность увеличилась до 124 905. В середине XIX в. на долю государственных крестьян приходилось 27,94% всего мужского населения губернии. В XVIII — первой половине XIX вв. государственные крестьяне состояли из: собственно государственных крестьян, поселенных на казенной земле (казенные крестьяне), ямщиков, крестьян, водворенных на собственных землях (свободные хлебопашцы), которые уже не платили феодального оброка на землю. К 1858 государственные крестьяне губернии проживали в 18 волостях и 90 сельских обществах. Из 3716 казенных селений 2057 находились на казенной земле (102 178 душ), а 550 — на собственных землях (12 338 душ).

Государственные крестьяне как лично, так и по имуществу пользовались всеми правами лиц свободного состояния. В 1801 казенные поселяне получили право покупать земли без крестьян. Этот указ стал узаконением начавшегося процесса нарушения монополии дворянства и казны на владение землей и открывал возможности для возникновения крестьянской земельной собственности. К середине XIX в. в губернии было 12 338 душ государственных крестьян — собственников земли, что составило 9,2% от их общего количества.

Права государственных крестьян в сфере землепользования в конце XVIII — первой половине XIX вв. не изменялись. Указом 1799 казенным крестьянам определялась норма надела в 15 десятин в многоземельных губерниях и в 8 десятин в малоземельных. Ярославская губерния принадлежала к малоземельным, и государственные крестьяне испытывали постоянный недостаток надельной земли. Общий уровень крестьянских хозяйств оставался низким: катастрофически не хватало удобрений, скота, кормов. Общее малоземелье обострялось повсеместным изменением размера надельной пашни. В нечерноземной зоне надел пашни для обеспечения сельскохозяйственного производства должен был составлять не менее 6 десятин на душу. А в Ярославской губернии средний размер общего надела на рубеже XVIII — XIX вв. составлял около 5 десятин, к 1832 он уменьшился и составил 2,3 — 3,4 десятин. В казенных имениях губернии были и практически безземельные селения, где на 1 душу приходилось 2 десятины земли. Для увеличения площади пашни крестьяне расчищали участки леса, но сам размер расчисток был ограничен: можно было расчищать не более 1 десятины на душу. Самовольные расчистки в казенных лесах были строжайше запрещены.

Наряду с надельной землей в казенной деревне существовали и другие формы землевладения — аренда и покупка земли. Арендовали большей частью пашни и сенокосы. В 1837 — 1839 государственные крестьяне за наём чужих, в т. ч. помещичьих земель, платили ежегодно 179 448 руб. К 1858 государственные крестьяне 89-ти сельских обществ арендовали 50 799 десятин вненадельной земли. Земледелие в большинстве уездов не обеспечивало крестьянам даже простого воспроизводства. В 1846 губернатор замечал, что более достойными и зажиточными являются свободные хлебопашцы, за ними следуют крестьяне крупных вотчин. Казенные крестьяне — на последнем месте по причине малоземелья.

Важным процессом в хозяйственной жизни государственных крестьян губернии в середине XIX в. стал рост торгового земледелия. Основными направлениями этого производства были льноводство, картофелеводство и торговое огородничество. Там, где позволяло плодородие почвы, государственные крестьяне старались расширить традиционные рамки земледелия, особенно если обнаруживался повышенный спрос на те или иные земледельческие культуры. Посевы льна за период 1802 — 1850 увеличились на 66 тыс. четв. Рост посевов картофеля привел к возникновению нового вида промысла — картофеле-паточного производства. В Ярославской губернии уже в 40-е XIX в., т. е. значительно раньше, чем в других губерниях Центрального промышленного района, сложились необходимые предпосылки для успешного развития торгового картофелеводства, а с начала 50-х XIX в. — товарного его производства. Крупным центром торгового огородничества был Ростовский уезд, где в 40−50-е XIX в. государственные крестьяне перестали заниматься хлебопашеством и начали выращивать овощи на продажу.

Усовершенствованию производственных навыков и орудий труда способствовала деятельность практической школы в имении помещика Е. С. Карновича и деятельность Северной Вологодской земледельческой школы. Развитие торгового земледелия было ярким показателем роста общественного разделения труда, связи крестьянских хозяйств с рынком, превращения торгового земледелия в капиталистическое хозяйство. Вместе с тем, районы торгового земледелия были островками в сельском хозяйстве и их влияние на социально-экономическое развитие государственной деревни было ограниченным, имело локальный характер.

Малоземелье и скудность почвы предопределили широкое развитие отходничества среди государственных крестьян. Они имели право открывать торговые заведения, брать и выдавать векселя, заниматься казенными подрядами, учреждать мануфактуры и заводы. Законодательство об отходничестве было наиболее подвижным. Государство, заинтересованное в регулярном получении податей, поощряло деятельность казенных крестьян по изысканию дополнительных средств. В силу своей личной свободы государственные крестьяне уходили на длительные сроки в отход. В среднем по губернии паспорта получал каждый 12-й из государственных крестьян и каждый 18-й из помещичьих. За период 1842 — 1852 паспорта отходников получили 222 545 государственных крестьян, причем многие неоднократно. Профессии отходников были различными, но неустойчивыми. Они менялись в зависимости от спроса на труд. В губернии к началу XIX в. сложилась специализация по отдельным уездам: Ярославский уезд поставлял каменщиков, плотников; Даниловский — штукатуров, лепщиков; Мологский — коноводов; Мышкинский — крючников, извозчиков; Ростовский — огородников; Угличский — ткачей, колбасников; Любимский — служителей трактиров, харчевен. Преобладали рабочие строители, что объяснялось развитием казенного и частного строительства. Широко был развит у государственных крестьян огородный отхожий промысел. К началу 50-х XIX в. почти 12% отходников были заняты огородничеством: из ростовских — 3295 государственных крестьян, 1975 — помещичьих. Среди них было 418 женщин: 306 из государственных крестьян, 112 — из помещичьих. В Петербурге ¾ огородов арендовали государственные крестьяне из Ярославской губернии.

Исторически сложившаяся роль Ярославля как одного из крупных торговых центров в значительной мере подготовила почву для массового торгового отхода, который к 50-м XIX в. охватил более 10 тыс. ярославских крестьян — 16,83% всех уходивших на промыслы. Большая численность торговцев среди отходников объясняется тем, что эта отрасль деятельности была широко развита и, вместе с тем, не требовала квалификации. Поэтому именно в сфере торговли приходившим крестьянам легче было найти работу.

К середине XIX в. усилилось значение торгово-промышленной деятельности, товарно-денежных отношений. Они глубже и всестороннее охватили хозяйственную деятельность крестьян. Острее обнаружилось малоземелье, и, вместе с тем, промысловый характер района. Ярославская губерния по процессу отрыва крестьян от земледелия занимала второе место после Московской. Государственные крестьяне губернии занимали видное место среди отходников. В их среде начиналось социальное расслоение, связанное с ростом торгово-промысловой деятельности, с развитием новых капиталистических отношений в деревне. Чем больше государственных крестьян уходило на заработки, чем дольше, чем прочнее была связь с городом, тем быстрее, основательнее подрывались основы феодального способа производства.

Государственные крестьяне Ярославской губернии занимались и неземледельческими промыслами: обслуживание водного транспорта (коноводный, бурлацкий, лоцманство), переработка сельскохозяйственного сырья (овчинно-шубный, картофеле-паточный, маслобойный). Эта деятельность явилась следствием избытка рабочих рук, который составлял 51%. Такая ситуация имела место даже тогда, когда на 100 душ приходилось 57 работников. Рабочие кадры на водном транспорте, связанном с самой тяжелой, неквалифицированной и малооплачиваемой работой, были представлены наиболее трудоспособными государственными крестьянами.

Неземледельческие занятия государственных крестьян по переработке сельскохозяйственного сырья отличались разнообразием переходных форм от ремесла до мануфактуры включительно. Наиболее распространенным было мелкотоварное производство: в этой группе промыслов значительная часть крестьян располагала собственным сырьем. В 1853 у государственных крестьян губернии было в собственности 14 картофеле-паточных предприятий, в 1855 — 15, в 1856 — 17. Семейный труд в картофеле-паточном промысле, особенно к началу 50-х XIX в., постепенно вытеснялся наёмным. На этих предприятиях было занято около 300 промышленных рабочих. Развитие картофеле-паточного производства у государственных крестьян губернии являлось примером разложения натурального хозяйства и вовлечения крестьян в рыночные отношения.

У государственных крестьян губернии во владении были и предприятия других отраслей. В 1855 они имели две политурных мануфактуры, восемь кирпичных заводов, десять цикорных, одно — снастопрядильное. Вместе с картофеле-паточными во владении государственных крестьян губернии к 1856 находилось 45 предприятий. Всего в губернии было около 500 промышленных заведений, т. е. предприятия государственных крестьян составляли 9%.

В государственной деревне Ярославской губернии в 1854 — 1858 было 42 921 наличных промышленников, т. е. крестьян, отрывавшихся от собственного хозяйства в поисках дополнительного дохода от торговли, промышленности, сельского хозяйства (батрачество). Они составляли 34,3% от общей численности государственных крестьян губернии или 75,8% от числа государственных крестьян — работников. На каждый из 36 468 дворов приходилось 1,18 промышленников, а работников — 1,55. Таким образом, на три двора найдется едва один работник, не занимающийся промыслами. Неземледельческие занятия государственных крестьян на местах, т. е. в пределах губернии, к середине XIX в. носили массовый характер. Происходило углубление и расширение в мелкой промышленности общественного разделения труда: в конце XVIII в. в губернии насчитывалось свыше 100 видов промыслов, а к середине XIX в. только у государственных крестьян их было уже свыше 500.

Развитие производственных сил, их рост в результате совершенствования трудовых навыков на основе углубления общественного разделения труда не изменили характер хозяйства в государственной деревне. Он по-прежнему оставался потребительским.

Положение государственных крестьян в немалой степени зависело от размеров и способов взимания повинностей. К государственным повинностях относились подушная подать, земская, мирские сборы, подать на устройство путей сообщения, рекрутская. Феодальной повинностью являлся поземельный оброк. Наряду с развитием хозяйств государственных крестьян росли повинности. Подушная подать с 1798 по 1818 выросла в 3 раза, оброк — в 2 раза. Земская повинность отправлялась в натуральной форме: подводная, дорожная. Размеры мирских сборов устанавливались в каждой волости самостоятельно. С 1840 был установлен общественный сбор с государственных крестьян, который заменил земские и мирские сборы. В среднем он составлял 7 руб. серебром. Различные селения при одинаковой сумме платежей имели далеко не одинаковые земельные наделы и по размеру и по качеству. Между различными селениями, волостями и тем более уездами усиливалась неравномерность в отбывании повинностей. Сельское и волостное начальство нередко злоупотребляло властью. В казенных деревнях царил разгул «ограбления» и со стороны крестьянского начальства и со стороны чиновников. За период 1841 — 1844 были судимы начальники семи сельских обществ.

Самым распространенным видом правонарушений среди государственных крестьян Ярославской губернии были действия против имуществ и доходов казны в форме нарушений уставов о казённых надобностях. В губернии годовые лесосеки были отведены 987-ми казенным селениям (41 887 душ), а 929 селений (50 106 душ) остались без леса. Следствием такого положения стали массовые самовольные порубки. По мнению чиновников Министерства государственных имуществ, истребление лесов имело троякий источник: желание получить скорую денежную выручку, расчистки под поля и пожары. Одной из наиболее массовых в губернии была порубка леса государственными крестьянами Ростовского уезда в 1817 — 1818. В ней приняли участие крестьяне двадцати деревень общей численностью 265 человек. За период 1796 — 1825 в губернии было совершено порубок государственными крестьянами: 171 коллективная и 38 индивидуальных. В 1858 в Ярославской Палате государственных имуществ состояло 29 дел о самовольных порубках леса. За десять лет с 1847 по 1856 по Ярославской губернии было осуждено 849 казенных крестьян за незаконные порубки леса.

Государственная деревня была обособлена в административном отношении, но экономически была неразрывно связана с системой народного хозяйства. Складывание новых экономических отношений в казенной деревне Ярославской губернии отличалось по темпам и глубине проявления, имело ряд региональных особенностей, а в целом, социально-экономическое развитие государственной деревни подчинялось тем же закономерностям, какие наблюдались в сельском хозяйстве страны.

Нашли ошибку или опечатку? Выделите текст и кликните по значку, чтобы сообщить редактору.

Источники
Документы

ГАЯО. Ф. 77. Оп. 1. Д. 206-246, 426-520, 594-710., 1158-1191, 1921-2096; Ф. 79. Оп. 6. Д. 1-10, 419-433, 895-916; Ф. 100. Оп. 15. Д. 29-39; Ф. 642. Оп. 1. Д. 22381-22383.

Литература

Дружинин Н.М. Государственные крестьяне и реформа П.Д. Киселева. – М., 1946-1952;

Рахматуллин М.А. Крестьянское движение в великорусских губерниях в 1826-1857 гг. – М., 1980;

Юрчук К.И. Крестьянские волнения в Ярославской губернии в 1826 г. // Верхнее Поволжье в период разложения феодализма. – Ярославль, 1978;

Борисова А.В. Государственные крестьяне Ярославской губернии в конце XVIII – первой половине XIX вв. Автореф.... канд. ист. наук. Ярославль, 1998;

Очерки истории Ярославского края с древнейших времён до конца 1920-х годов / Под ред. А.М.Селиванова. – Ярославль, 2000.

поиск не дал результатов